Безумство храбрых

В детстве  моё воображение будоражил подвиг Александра Матросова. Зачем он лёг грудью на амбразуру? Разве не единственное назначение амбразуры – прострелить его грудь? Матросов мог бросить в амбразуру гранату, или хотя бы выстрелить в неё. В этом случае он убил бы или ранил пулемётчика, но не стал бы героем.

В те же годы, мой ум тревожила и революционная песня: «Смело мы в бой пойдём/ За власть Советов/ И как один умрём/ В борьбе за это». Какой смысл в подвиге, если некому будет насладиться победой?

Героизм Матросова растаял в наши дни, многократно превзойдённый самоубийствами шахидов, совершёнными в кафе и на дискотеках, в самолётах и в автобусах, но чаще в мечетях и на арабских базарах. Борцы с исламофобией обычно поминают, что от террора у мусульман гибнет значительно больше своих, чем чужих. Не вижу, что это оправдывает.

Конечно, шахид рассчитывает на вознаграждение. Но, следуя еврейским воззрениям на следующий мир, его, вероятно, поджидает наибольшее из возможных разочарований. Оказавшись в своём шахидском раю в обществе 72 девственниц, герой обнаружит, что все части его бренного тела остались на месте подвига.

В еврейской истории тоже есть герои-самоубийцы. Например, богатырь Самсон. Он ходил к филистимлянке Делиле. Та многократно домогалась секрета силы богатыря, и Самсон в конце открыл его.

Преданный Делилой, пленённый, ослеплённый, Самсон обрушил подпорные колонны веранды, на которой праздновали филистимляне, враги евреев. Веранда рухнула на героя, «И было мертвых, кого умертвил он при смерти своей, больше, чем он умертвил при своей жизни» (Книга судей 16:30). Подвиг Самсона потребовался только из-за его неподобающей связи с Делилой и излишней откровенности с ней.

Еврейские террористы 1 века н.э. сикарии во время осады римлянами Иерусалима в 68-70 годы, по каким-то своим соображениям, сожгли склады с продовольствием, которые могли позволить евреям 30 лет пережидать блокаду. Из-за этого защитники Иерусалима и горожане умерли от голода. Римляне захватили Святой город и сожгли Второй Храм.

После Иерусалима пришла очередь крепости Масада, удерживаемой сикариями. Когда римляне насыпали вал, достаточно высокий, чтобы сразиться с осаждёнными, сикарии предпочли бою то, что умели: поубивали своих жён и детей, а также, по жребию, друг друга. Выбирая символ еврейского геройства, я бы предпочёл не защитников Масады, а кого-то другого.

Например – вскоре по возвращении из Египта в Землю Израиля евреи подпали под власть моавитян.  «И служили сыны Исраэля Эглону, царю Моава, восемнадцать лет» (3:14). Отправился судья евреев Зуд, сын Геры, принести дар Эглону. И сказал тому, что имеет сообщить ему нечто секретное. Когда все царедворцы покинули покой, Зуд вытащил припрятанный меч и убил Эглона. После этого он успешно покинул дворец, собрал ополчение и разгромил лишённых царя моавитян. Этот обман освободил евреев.

Лет на 300 позже притеснителями евреев стали филистимляне.  Их великан Голиаф глумился над евреями: « Я навлек позор на ряды Израиля сегодня. Дайте мне мужа, чтоб в единоборство вступить!» (Шмуэль I 17:10). Молодой Давид, ещё не царь, на единоборство не пошёл, а вместо этого метко запустил из пращи в лоб Голиафу камень, и победил великана без особого геройства.

Различие двух типов героев являют деяния двух ярчайших политических личностей ХХ века – сверстников Лейбы Троцкого и Пинхаса Рутенберга.

Троцкий в 1917 году, в то время, когда Ленин с Зиновьевым отсиживались в шалаше в Разливе,  отчаянно рискуя собой сумел организовать в Петербурге государственный переворот. Затем он стремительно создал Красную армию, возглавил её, провёл два года в бронепоезде, мотаясь по фронтам, не боялся выступать даже перед дезертирами, избежал гибели в нескольких отчаянных ситуациях и вышел победителем в Гражданской войне.

Но в мирной жизни Троцкий проиграл. Он оказался не способен к  аппаратной работе – искать союзников, создавать блоки. Троцкого победил творец советской бюрократической системы Сталин, и в 1929 году Троцкого вышвырнули из СССР.

В 1903 году Троцкий посещал в Базеле  VI Сионистский конгресс. На нём он обнаружил «полное разложение сионизма». Троцкий и позже не понял судьбоносного процесса ХХ века, призванного изменить Западную цивилизацию.

Жизни Троцкому после высылки оставалось  11 лет. Он их посвятил тому, чтобы реанимировать идеи, столь показательно провалившиеся в СССР.

 

Рутенберг, как и Троцкий, в молодые годы увлёкся марксизмом, только в его эсеровской упаковке. Это не помешало ему выучиться на инженера.

Влюбившись в русскую женщину, Рутенберг для женитьбы принял христианство. Может быть, это способствовало и его к сближению с попом Гапоном, значительным лицом того времени среди петербургского люда.

В «Кровавое воскресение» 9 января 1905 года, во время расстрела мирного шествия рабочих с иконами и хоругвями к Зимнему Дворцу, организованного совместно попом и Рутенбергом, наш герой спас Гапона, вывел того из-под огня. Однако позже Рутенберг организовал убийство священника.

Гапон предложил Рутенбергу сотрудничество с царской охранкой, которой служил сам. Это было обычной практикой среди революционеров: провокатором был Сталин; Ленин работал на немецкие спецслужбы. Да и убийство Гапона, о котором идёт речь, утвердил Иона Азеф – лидер эсеров, сам агент охранки.

Рутенберг привёз Гапона на специальную дачу под Петербургом, разговорил попа об осведомительстве,  после чего подслушивавшие в соседней комнате боевики повесили Гапона. В конце жизни Рутенберг сожалел о содеянном: «Раз в жизни свихнулся… И никак потом оправиться не мог».

После убийства Гапона Рутенберг эмигрировал в Италию, где на пороге римской синагоги прошёл обряд покаяния отступника (39 ударов плетью).  Рутенберг гордился шрамами, оставшимися у него от этого обряда на всю жизнь.

Когда началась Мировая война, позже названная Первой, наш герой в контакте с Жаботинским и Трумпельдором организовывал «Еврейский Легион». Он отправился в Америку агитировать за этот проект. Здесь Рутенберг создал  Американский Еврейский Конгресс, организацию, существующую поныне. В Америке он также разрабатывал планы электрификации и ирригации  Палестины.

Одновременно с Рутенбергом в США находился и Троцкий, назвавший эту страну «кузницей, где будет выковываться судьба человечества». После Февральской революции оба героя устремились в Россию.

В Петрограде Рутенберг стал заместителем главы города, но проиграл борьбу Троцкому,  возглавлявшему Совет рабочих депутатов. За 4 дня до Октябрьского переворота  Рутенберг вошёл в созданный его старым знакомцем Керенским Высший совет из трёх человек, наделённый чрезвычайными полномочиями по спасению России.

Но было поздно. После штурма Зимнего дворца 7 ноября Рутенберга вместе с министрами последнего Временного правительства арестовали, и он провёл 5 месяцев узником Петропавловской крепости.

Освобождённый, добравшись до Парижа, Рутенберг вместе с другими руководителями сионистского движения готовил предложения к Версальской мирной конференции. Там же он договорился с бароном Ротшильдом о финансировании проекта по электрификации Палестины.

Оказавшись в Палестине, Рутенберг, в той же компании с Жаботинским и Трумпельдором, создавал отряды еврейской самообороны Хагана, а в 1921 году командовал Хаганой во время арабских мятежей в районе Тель Авива. В 1923 году Рутенбрг, при поддержке министра колоний Уинстона Черчилля, получил концессию на производство электроэнергии и создал Палестинскую Электрическую Кампанию – ныне зовущуюся «Хеврать Хашмаль». Появилась первая электростанция, и электричество пришло сначала в ТельАвив, затем в Хайфу и в другие места.

В 1929 году Рутенберг стал главой  Национального Совета – органа еврейского самоуправления Палестины. Вновь он возглавил его, когда разразилась Вторая Мировая война. Рутенберг пытался найти пути к спасению европейских  евреев. Рак оборвал его жизнь в 1942 году. Рутенберг – определённо единственный человек в истории, возглавлявший в разные моменты и Россию – в составе тройки Высшего совета, и еврейскую государственность в Земле Израиля.

Рутенберг  не намного пережил Троцкого, однако как различны их достижения! До рокового удара ледорубом по голове, Троцкий не менялся. Он оставался в кругу тех же теорий, которые захватили его в гимназические годы. Троцкий может заслуженно считаться неудачником. Рутенберг же оказался способен на развитие, Он  превозмог ложные идеи, и в нашем непростом мире нашёл достойный путь.

В сегодняшней американской общественной жизни редким политиком, определённо заслуживающим называться героем, является сенатор Джон МакКейн. Совершение подвигов  наполняет всю его жизнь. Именно героизм сделал МакКейна одним из самых заметных лидеров США, ничто другое. Ведь в отличие, например, от талантливых Троцкого и Рутенберга, в молодости первых учеников, МакКейн в Военной академии  среди 899 выпускников  показал лишь 894-й результат. Но героизм превозмог иные его качества.

Во время Вьетнамской войны, совершая свой 22-й вылет, МакКейн был сбит над Ханоем. При приземлении он сломал себе обе руки и ногу.

Джону, сыну главнокомандующего Тихоокеанским флотом США, вьетнамцы предложили освобождение, однако он отказался от свободы раньше американских военнослужащих, попавшие в плен до него. Из-за этого подвига МакКейн провёл в мучительной неволе лишние 5 лет.

Подвигами наполнена и долгая служба МакКейна в Сенате США. В 2004 году он отказался баллотироваться на пост вице-президента США в паре с другим героем Джоном Керри, что сделало бы такую двухпартийную команду вероятным победителем. МакКейн проявил верность Республиканской партии, с которой часто расходится по ключевым вопросам. Так он, вместе с большинством демократов, голосовал против закона, определяющего семью как союз мужчины и женщины,  поддерживает борьбу с глобальным потеплением.

В 2008 году МакКейн стал соперником Обамы на президентских выборах. Благодаря его самопожертвованию в предвыборной кампании, Америка впервые получила президентом афроамериканца. Это напоминало подвиг МакКейна во вьетнамском плену.

Убивая шансы на верную победу, сенатор запретил своей команде поминать, что Обама в течение 20 лет воспитывался чёрным расистом, антисемитом и ненавистником Америки Джереми Райтом, что он сотрудничал с террористом Биллом Айерсом, что имеет удостоверение social security от штата Коннектикут, в котором никогда не жил, что скрывает все свои документы, включая оценки в колледже и метрику. Когда,  в апреле 2011 года, по настоянию Дональда Трампа, Обама всё же обнародовал метрику, она оказалась поддельной. МакКейн запрещал своей команде поминать о саморазоблачении Обамы в интервью: «моя исламская религия» (Обама утверждал, что христианин), о его невежестве – «все 57 штатов Америки», даже о втором имени Обамы «Хуссейн».

В последние годы МакКейн по-прежнему во многих вопросах занимает позиции, которые можно понять только с точки зрения его нацеленности на подвиг. Когда летом 2011 года стало известно, что диктатор Ливии Муаммар Каддафи грозится атаковать контролировавших восточную часть Ливии исламистов, ассоциированных с АльКайдой, МакКейн появился на телеэкране и, играя желваками, потребовал немедленной и решительной бомбёжки сил Каддафи. Такая операция была проведена и сдала Ливию в руки террористов. Когда 3 июля 2013 года египетские военные под командованием Ас-Сиси свергли власть террористического Мусульманского Братства, МакКейн помчался в Каир уговаривать  военных включить в новое правительство представителей поверженного Братства.

Последние свои подвиги МакКейн совершил летом этого года. У него обнаружилась агрессивная форма рака мозга. Меньше чем через две недели после сложной операции МакКейн, прямо с больничной койки, прибыл в Сенат на обсуждение отмены Обамакере, против которого выступал  последние 7 лет. За проявленное мужество присутствовавшие устроили сенатору овацию. Голос МакКейна оказался решающим, и вопрос замены Обамакере был поставлен на обсуждение. Когда же голосовали за альтернативу Обамакере, МакКейн  совершил новый подвиг – проголосовал против своей партии и сохранил Обамакере на месте. То есть, если бы МакКейн не прибыл в Сенат,  Омамакере также осталось бы неотменённым, но сенатор не совершил бы два подвига.

Когда я вспоминаю результаты выборов 2008 года и ужасаюсь выбору американцев, сделавших своим президентом Обаму, я с грустью думаю, что альтернатива тогда была тоже горестна. Бывает полезно иметь героя на поле боя. Но для принятия практических решений предпочтительнее человек со здравым смыслом. Стремление к подвигу зачастую несовместимо со здравым смыслом.